В конце мая 2022 Музыкальное агентство «Интерпроект – Санкт-Петербург» и Филармоническое общество Санкт-Петербурга представили в Большом Зале Филармонии очередной амбициозный проект: «Марафон фортепианных этюдов». 21 исполнитель, среди которых были и известные музыканты – Петр Лаул, Павел Райкерус, Олег Вайнштейн, Александр Пироженко, Евгений Изотов, Михаил Бенедиктов, Николай Мажара, Ника Мельникова – и молодые лауреаты – Елизавета Украинская, Александр Кашпурин, Илья Папоян, Тимофей Калмыков и пока еще не столь известные широкой аудитории Наталья Лисанова, Наталия Учитель, Алиса Духовлинова, Евгений Савельев, и молодые педагоги – Алексей Григорьев, АннаШелудько, Дмитрий Павлий и, наконец, прославленный «ПетроДуэт» – Анастасия Рогалева и Дмитрий Петров - сменяя друг друга, как бегуны на эстафете, развернули перед восхищенными слушателями увлекательную панораму развития жанра фортепианного этюда.
Задача, стоявшая перед организаторами марафона, была поистине гигантской: как составить программу, как построить музыкальную драматургию пятичасового концерта в трех отделениях, чтобы исключить подобие учебному экзамену? На первый взгляд, представлялись две возможности – либо подчиниться логике исторического развития жанра, либо использовать «исполнительское крещендо» – следуя от начинающих молодых музыкантов к мэтрам. Обе эти возможности автор самой идеи марафонов Борис Березовский великолепным образом проигнорировал, создав, на первый взгляд, хаотично-пеструю, но, в конечном итоге, убеждающую своим блестящим многоцветьем композицию целого.
Начало первого отделения было многообещающим. «ПетроДуэт» очертил крайние точки развития этюдного жанра, сыграв редко звучащие на эстраде произведения: три этюда в форме канона Роберта Шумана в версии для двух фортепиано Клода Дебюсси, и петербургскую премьеру трех этюдов (соч. 299) для двух роялей классика жанра Карла Черни
Если этюды Черни относятся к разряду инструктивных упражнений, то этюды Шумана-Дебюсси можно назвать высокохудожественными и оригинальными набросками, эскизами будущих сочинений двух великих композиторов – романтика и импрессиониста, то есть этюдами в том значении, которое придают этому термину живописцы. Но в каждом случае исполнители создали маленький шедевр, играли ли они до боли знакомые гаммы и пассажи черниевских формул или набрасывали перед нами волшебный плащ шумановско-дебюссийных тембров.
Следующим на эстраду вышел Павел Райкерус – и продемонстрировал перед восхищенной аудиторией мастерство фортепианной виртуозности в двух Этюдах Ференца Листа – Концертном этюде фа минор и «Мазепе» из цикла «12 Трансцендентных этюдов». Что сказать об этом исполнении? Это была истинная вершина-источник концерта: казалось, что больше нечего и добавить. Блистательные октавы, ажурные хроматические гаммы, сверкающие шквалы аккордов – но, говоря словами рецензентов XIXвека, хвалить за эти чудеса фортепианной техники Райкеруса все равно, что хвалить Рафаэля за великолепную раму его картины. Главное, чем впечатляло это исполнение,–доблестная рыцарственность, то есть запредельная виртуозность духовного порядка, подлинный листовский артистизм, которым великий виртуоз поражал в 1840-е годы свою аудиторию, заставляя всех слушателей «сливаться в стоне восторженного ужаса» ( Л.Е.Гаккель),
С некоторым трепетом мы ждали продолжения концерта, надеясь, что оно не испортит первого впечатления. И надежды полностью оправдались! Алексей Григорьев своей мягкой романтической лирически-утонченной манерой создал своеобразное интермеццо, переключив внимание аудитории на иные грани этюда в духе позднеромантической миниатюры. Сыгранные им Этюд Скрябина Ми мажор (соч.8 №5) и концертный этюд фа-диез минор (соч.24) Феликса Блуменфельда заставили перенестись в музыкальный мир русского Серебряного века, с его мистическими предчувствиями грядущего.
Анна Шелудько смело вернула публику в атмосферу конкурсного исполнительства. Сыгранные ею Фамажорный Этюд Шопена № 8 (соч.10) и фа минорный трансцендентный Этюд Листа № 10 – наиболее часто звучащие на экзаменах и конкурсах произведения, из которых давно уже, к сожалению, выветрился музыкальный смысл и осталась только их «спортивная» оболочка. Каждый из осваивающих вершины фортепианного мастерства когда-нибудь да играл эти сочинения. Но надо сказать, что немногие могут сегодня сыграть эти хрестоматийные этюды так профессионально, уверенно и стабильно, как это сделала на Марафоне фортепианных этюдов прекрасная пианистка. Ее исполнение можно назвать эталонным и учить по его записи юных музыкантов.
Еще одним интермеццо стало выступление Евгения Савельева. Молодой пианист, выпускник Консерватории и аспирантуры по классу А.М. Сандлера пока не слишком известен широкой аудитории. Но его исполнение Этюда Скрябина до-диез минор (соч.42) и особенно редко звучащего концертного Этюда Сметаны соль-диез минор «На морском берегу» было столь интересным в художественном отношении, что можно призвать публику запомнить имя пианиста и следить за его будущими концертами.
Тему музыкальной «маринистики» продолжила своим выступлением еще одна представительница прославленной петербургской фортепианной школы Вольф-Сандлера-Лаула Наталия Учитель. Молодая и обаятельная пианистка исполнила не звучавший лет 150 в Петербурге этюд основателя петербургской фортепианно-педагогической школы Адольфа фон Гензельта под вычурно-изысканным названием «О буря, ты не можешь сразить меня!». Пианистка легко и непринужденно преодолела все пальцеломные арпеджио в аккомпанементе, заставившие в свое время гениального Антона Рубинштейна отказаться от исполнения этого Этюда, сказав в сердцах: «Этот этюд написан не для человеческих рук, а для гензельтовских!» (Гензельт как виртуоз славился невероятным растяжением пальцев). При этом Наталия передала главный смысл гензельтовского этюда – его немецкую романтическую сентиментальность шумановско-мендельсоновской школы. Во втором произведении – знаменитом Этюде Фа-диез мажор другого «петербургского европейца» Игоря Стравинского Наталия Учитель по контрасту захватывающе азартно рассыпала блестки бенгальских огней, очаровывала «сухим несентиментальным блеском», заставив забыть о головокружительной скорости этого сочинения - типичного для Стравинского инструментального «кунштюка».
Замечательным и высокопрофессиональным выступлением Александра Пироженко, исполнившего Этюд-картину до минор №7 (соч. 39) Рахманинова и Этюд Шопена доминор №12 (соч.10) («Революционный») завершилось первое отделение. Жаль, что этот пианист, прославившийся записью всех этюдов Николая Капустина, не выбрал для концерта сочинения этого московского джазового пианиста и композитора.
Уже после первого отделения можно было понять замысел организаторов концерта: они формировали программу по принципу чередования контрастных сочинений, композиторских стилей и исполнительских индивидуальностей пианистов. Этот принцип позволял рельефно оттенять каждого на коллективном портрете жанра и общем «фотоснимке» фортепианной школы Санкт-Петербурга. При этом «ударными» номерами были отмечены начало и конец отделения.
Собственно, этот же принцип отличал и драматургию последующих двух отделений. Начал второе отделение Петр Лаул, сыгравший три этюда из соч.65 Скрябина. Слушатели фортепианных марафонов прекрасно помнят его грандиозный проект с исполнением всех фортепианных сочинений А.Н. Скрябина,посвященный 150-летию великого русского композитора. Здесь они могли еще раз вспомнить то магнетическое очарование, которое создавал Лаул своим исполнением этой музыки.
Мило и естественно исполнила три этюда Клода Дебюсси Елизавета Украинская. Ее исполнение отличает точное следование всем идеям своего гениального педагога – Александра Сандлера, в свое время впервые в Петербурге исполнившего весь цикл Этюдов Дебюсси. В отличие от большинства современных «дев-воительницц» клавиатуры, соперничающих с пианистами-мужчинами, Елизавета не боится быть очаровательной и женственной в своей игре – и этим, безусловно, только увеличивает свое обаяние. Ее пианистическое мастерство безукоризненно, а вкус безупречен – что еще нужно для хорошего исполнения Дебюсси?
После такого этюдного «островка радости» Михаил Бенедиктов поразил воображение слушателей мощью и трагизмом своеобразного «острова мертвых». Словно мгновенно сменилось освещение, и место блеска и света весеннего утра заняло оцепенение мрачного ночного зимнего пейзажа. Этюд Скрябина до-диез минор(соч.2 № 1) – подлинная поэма,свойственная раннему Скрябину, – заворожил своей исповедальностью. По контрасту зловещей картиной сатанинского шабаша поразил и Этюд Прокофьева до минор (соч.2 №3). Михаил Бенедиктов – один из самых зрелых и масштабных пианистов марафона, В его манере слышится та же бескомпромиссная серьезность и та же мера ответственности за каждый звук, взятый на рояле, что отличает великого Григория Соколова. Само участие музыканта подобного масштаба в концерте делает честь любому подобному мероприятию.
И еще одним лирическим интермеццо стало исполнение Дмитрием Павлием Этюда Шопена № 10 соч.25 и «Сложных арпеджио» Дебюсси. Легкий пианизм, обаяние звучания, некоторая камерность манеры, которая отличает этого музыканта, настоящего «эльфа фортепианной игры», прекрасно контрастировала с предыдущим исполнением и полностью соответствовала духу исполняемой Павлием музыки. Может быть, кому-нибудь не хватило масштабности в си минорном Этюде Шопена, но, говоря словами Шумана, «неужели мы упрекнем того, кто подарил нам букет цветов в том, что он не привел нам связанного льва?»
Об исполнении Ники Мельниковой хочется сказать, что пианистка играла так же прекрасно и обаятельно, как и выглядела. Правда, выбрала она для своего выступления трагические произведения – Этюд ляминор соч.39 №2 Рахманинова и Этюд ре минор соч.2 № 1 Прокофьева, в которых от пианиста требуется еще что-то кроме красоты звука и естественности фразировки…
Илья Папоян – безусловный лидер среди пианистов своего поколения – завершал второе отделение. Он покорил публику демонической виртуозностью в Этюде Листа по Паганини № 6 и искрометным блеском в Этюде в форме вальса Сен-Санса. В игре Ильи Папояна чувствовалось сочетание противоположных начал: неистового темперамента и стальной сдерживающей ритмической воли. Он предельно серьезен и желает повелевать каждым моментом своего выступления. И именно поэтому ему удается довести зал до экстаза. Такое окончание второго отделения стало подлинной кульминацией концерта.
Голова идет кругом, когда вспоминаешь, на какой уровень технического и артистического мастерства мы вознеслись в третьем отделении!
Открывавший отделение выпускник аспирантуры, а ныне преподаватель Консерватории, Александр Кашпурин, подобно чародею, поразил неистовым темпераментом в Этюде Ляпунова «Буря» и головокружительным азартом и искрометным юмором в Джазовом этюде Капустина Фа мажор. Главное качество Александра – изумительно красочное, многотембровое звучание рояля, позволившее создать из каждого этюда законченную «оркестровую»пьесу.
Известный благодаря своему тонкому и умному таланту доцент кафедры камерного ансамбля Евгений Изотов выбрал для своего выступления две знаменитые в профессиональных кругах виртуозные миниатюры, сыграть которые и по сей день - мечта сотен и тысяч пианистов. Своим поистине «звездным» исполнением Этюда соль-диез минор №6 соч.25 Шопена и «Кампанеллы» Листа артист заставил вспомнить о недостижимом современными исполнителями уровне виртуозности мастеров «золотого века пианизма»; его исполнение можно назвать эталонным как по техническому, так и по музыкальному совершенству.
Уникальный шанс для публики представила молодой композитор и пианистка Алиса Духовлинова, исполнившая два неизвестных Этюда Дьердя Лигети - «Радугу» и «Лестницу дьявола». Ее игру отличалосочетание авангардного слышания сложнейшего в ритмическом и звуковом отношении музыкального текста и высокопрофессиональной фортепианной техники.
Этюд Рахманинова си минор (соч.39 №4) и этюд Прокофьевадо-диез минор (соч.2 № 4), исполненные композитором и пианистом Николаем Мажарой, со всем свойственным этому музыканту зрелым мастерством вернули публику в русло фортепианного мэйнстрима ХХ века. В то же время в его игре был слышен и опыт современного исполнительства, когда возрастает ценность каждого элемента музыкальной ткани и структурная продуманность целого.
Еще два Этюда Лигети («Фанфары» и «Ученик чародея») и этюд Ляпунова «Лезгинка» были блестяще сыграны юной ученицей Петра Лаула Наталией Лисановой; ее игру отличали волевой напор, яркий темперамент, техническое мастерство.
В завершение концерта настоящим подарком публике стали три Этюда-картины Рахманинова (до минор, ля минор и Ре мажор - ор.39 № 7, 6, 9), виртуозно и красочно исполненные знаменитым петербургским пианистом Олегом Вайнштейном.
Но последним штрихом этого удивительного концерта стали Два трансцендентных этюда Листа («Метель» и «Дикая охота»), блистательно сыгранные юным соучеником Олега Вайнштейна по классу профессора Татьяны Михайловны Загоровской, студентом Консерватории Тимофеем Калмыковым.
Подведем итог:
Организаторам, и в первую очередь Борису Березовскому, удалось создать яркую и многоцветную палитру петербургской пианистической школы, которая, вопреки расхожему мнению, ни в коей мере не уступает московской в виртуозности, но, возможно, превосходит ее в музыкальности, артистизме и репертуарной широте. Концерт представил эволюцию жанра этюда в романтическую, построманическую эпоху и в ХХ веке: от Черни – до Капустина и от Шопена и Листа – до Стравинского и Лигети. Огромный познавательный и художественный эффект этого мероприятия несомненен.
Слушателям было захватывающе интересно следить за всеми перипетиями сюжета «мир фортепианных этюдов» и упиваться настоящим «праздником виртуозности», и в этом - главный итог концерта.
О. Дольфова
